ieris_m (ieris_m) wrote,
ieris_m
ieris_m

Categories:

Первопроходцы

Воспоминания о первых годах возрождения Валаамской обители
1989–1990-е годы

13 декабря 2014 года, в день памяти святого апостола Андрея Первозванного, исполнилось 25 лет с того момента, как первые шесть насельников в 1989 году приехали возрождать из запустения Валаамскую обитель. Это были иеромонахи Варсонофий (Капралов), Геронтий (Федоренко), Фотий (Бегаль), Серафим (Гордеев) и послушники Леонид Макаров и Вадим Эрлих. С приездом братии возобновилась духовная жизнь на острове и богослужения в храме во имя Преподобных Сергия и Германа, Валаамских чудотворцев...
(Интернет-журнал «Монастырский вестник», 13 декабря 2014 г.)

Пути Промысла Божия

Прежде чем начать рассказ о восстановлении Валаамского монастыря, в качестве небольшого вступления, нужно сказать, что это северный монастырь, располагается он на острове Валаам на Ладожском озере и на прилегающих островах. Валаам служит северо-западным форпостом Православия, духовным ограждением, молитвенным оплотом для нашей Церкви. Место это уединенное (остров покрыт лесами, рельеф гористый – небольшие горы), удаленное от шума и мирской молвы, поэтому сюда издревле собирались молитвенники. Начало иноческой жизни на Валааме связывают с именами преподобных Сергия и Германа – священноиноков, пришедших на это уединенное место в X веке. В XI-XVII вв. Валаамский монастырь неоднократно разорялся шведами. С начала XVIII века монастырь постепенно отстраивается и возрождается. Подъем духовной жизни на Валааме в конце XVIII – начале XIX вв. связан с именами митрополита Санкт-Петербургского и Новгородского Гавриила (Петрова), и старца игумена Назария (был настоятелем в 1782–1801 гг.). При них на Валааме был введен устав Саровской пустыни. При игумене Дамаскине (1839–1881) монастырь достиг внешнего благоустроения и расцвета внутренней монашеской жизни. В XX веке при советской власти Валаамский монастырь закрыли в 1939 году, и в течение 50 лет в нем не было богослужений. На его территории разместилась школа юнг, потом дом престарелых, дом инвалидов. В 1960–1980-е годы на территории Валаама был организован музей-заповедник…
В 1982 году я жил какое-то время в Псково-Печерском монастыре и там впервые услышал о Валааме.В Псково-Печерском монастыре доживали свои дни последние валаамские старцы – схиигумен Лука, иеросхимонах Михаил и схимонах Николай. В то время, когда я приезжал туда, их уже не было в живых, но многие братия их помнили, знали их, беседовали с ними. Как-то в один из памятных для Валаама дней – может быть, в день кончины кого-то из этих старцев, точно уже не помню, – братия стали вспоминать о Валааме, и я присутствовал при этой беседе, и так впервые узнал об этом монастыре.
Прошло некоторое время, я опять приехал в Псково-Печерский монастырь и хотел увидеться со старцем отцом Иоанном, к которому и раньше обращался, но на этот раз попасть к нему мне никак не удавалось – все возникали какие-то препятствия, препоны, старец был очень занят. Я написал письмо и передал старцу. Когда же я, наконец, попал к нему – а было как раз 24 сентября, память перенесения мощей преподобных Сергия и Германа Валаамских, – он принял меня с любовью и прозорливо предсказал – за семь лет, – что я буду на Валааме, помолился, дал мне некоторые наставления, как жить, как молиться, и предложил через год поступить в Псково-Печерский монастырь. Но мне так и не пришлось поступить в этот монастырь, а поступил я в семинарию в Троице-Сергиеву Лавру. Наставления же старца старался исполнять. А через семь лет с Божией помощью оказался на Валааме…
В 1988 году из Лавры меня направили в восстанавливавшийся тогда Данилов монастырь в Москве. Там я нес послушания в ризнице, на просфорне, в скиту под Москвой, который тогда только основывался. Со мной приехал в Данилов монастыря иеромонах Фотий (Бегаль), а позже из Лавры прислали иеромонаха Иакова (???). Пробыли мы там недолго – полтора года.
Отец Иаков был раньше келейником старца архимандрита Кирилла (Павлова) – такой деятельный, жизнерадостный. Он дружил с игуменом Андроником (Трубачевым), и они вдвоем – отец Андроник и отец Иаков – ездили на Валаам еще тогда, когда монастырь был закрыт, и молились о его восстановлении... От отца Иакова, в Даниловом монастыре, я второй раз услышал о Валааме. Отец Иаков говорил, что, возможно, откроется северный монастырь – Валаам, показал альбом фотографий, заинтересовал нас, зажег.
Мы понимали, что поднимать такой монастырь – дело непростое, и когда нам предложили ехать на Валаам открывать монастырь, мы прежде всего отправились в Лавру к отцу Кириллу – спросить совета. Отец Кирилл принял нас с любовью, помолился вместе с нами и благословил нас, сказав добрые слова в напутствие.
Дело это было действительно не простое. Трудности возникли с самого начала, когда еще монастырь только передавали Церкви. Хотя власти соглашались отдать монастырь, но все возникали какие-то препятствия. Митрополитом Санкт-Петербургским и Новгородским был тогда Владыка Алексий, будущий Патриарх, который очень любил Валаам. Он был связан с этим монастырем с детства – еще будучи мальчиком, он с родителями ездил на Валаам, есть фотография, где будущий Патриарх, тогда двенадцатилетний отрок, на Валааме со старцем игуменом Харитоном. Поэтому Владыка Алексий принял большое участие в открытии монастыря…

Приезд «первой» братии

На праздник Знамения Божией Матери, 10 декабря 1989 года меня и иеромонаха Фотия благословили ехать на Валаам. Отслужив молебен Божией Матери «Знамение», в тот же день мы, загрузив в автобус все, что было необходимо для церковной жизни и свои вещи, выехали через Великий Новгород в Санкт-Петербург, чтобы оттуда отправиться на остров.
Вечером мы были уже в Санкт-Петербурге. Поселили нас в Александро-Невской Лавре. Два дня мы находились в томительном ожидании – решался вопрос, едем мы на остров сейчас, или наш отъезд откладывается до весны: усилились морозы, было уже 9–10 градусов, и боялись, что Ладога может сильно замерзнуть и на корабле на остров невозможно будет добраться. А мы уже настроились на отъезд и не хотелось возвращаться, поэтому переживали. И вот 13 декабря, в день памяти святого апостола Андрея Первозванного, вопрос решился положительно – ехать! Послужили молебен святому апостолу Андрею. И эта дата стала датой открытия Валаамского монастыря, хотя мы прибыли на Валаам лишь на следующий день – на св. Филарета Милостивого. Перед отъездом мы пришли к митрополиту Алексию, он принял нас, благословил, дал нам антиминс. Это было благословение, по молитвам апостола Андрея Первозванного, на открытие Валаамского монастыря, на возобновление там монашеской жизни.
В Санкт-Петербурге к нам присоединились иеромонах Варсонофий из Санкт-Петербургской духовной академии, иеромонах Серафим, послушник Вадим из Александро-Невской Лавры и Леонид – врач из Питера.
Отправились из Санкт-Петербурга в Приозерск. Приехали к концу дня, начинало темнеть, и моряки переживали, что плыть уже поздновато. Пришли на берег, озеро уже было покрыто льдом. Увидели небольшой кораблик. Это был не простой корабль, а ледокол, который может пробираться через лед – он продвигается, то отступая назад, то разгоняясь вперед и разбивая лед. А лед уже был довольно толстый. Погрузились на корабль. В плавание нас отправилось 6 человек первой братии возрождающегося после десятилетий запустения Спасо-Преображенского Валаамского монастыря.
На Валааме своеобразный микроклимат. Поскольку вода остывает медленней и постепенно отдает тепло, зима оттягивается. Для мореплавателей это создает определенные трудности. Как только отплыли от берега, мы оказались в тумане – ничего не было видно. Мы молились как могли, чтобы благополучно добраться, и через три с половиной часа причалили к Валааму возле Воскресенского скита. Было уже темно, разгружались при свете прожекторов. За нами приехала машина, и мы поехали вглубь острова, к монастырю – об этом позаботилась администрация острова.
Нас поселили не внутри монастыря, а в двухэтажном «Морском домике» рядом с монастырем. Первый этаж этого домика был нежилой, а на втором этаже был коридор и четыре комнаты-кельи. Мы расположились по два человека в келье. Так началась наша монашеская жизнь.
На другой день, помолившись, пошли в монастырь. Главный храм Валаамского монастыря был построен в конце XIX века при игумене Ионафане – преемнике игумена Дамаскина. Нижний храм в честь преподобных Сергия и Германа Валаамских, а верхний – в честь Преображения Господня. Рядом, во внутреннем каре, – Успенский храм, в том же здании и трапезная. А с южной стороны – храм святителя Николая (в нем располагался магазин, а впоследствии, при игумене Панкратии, его перестроили и освятили в честь Валаамской иконы Божией Матери).
Мощи преподобных Сергия и Германа находятся под спудом. Сверху лежала надгробная плита, а со временем устроили раку и над ней поместили большую икону преподобных Сергия и Германа, которая впоследствии мироточила. Храм был в запустении, стены покрыты копотью. Четыре большие печки и два камина пришли в неисправность, печное отопление было нарушено, в храме первое время было прохладно. Начинаешь печки топить – они дымят, часто приходилось служить в дыму…
В 1970–1980 годы в храме располагался музей. Архимандрит Павел (Груздев) рассказывал, как он приезжал в то время на Валаам. Он очень любил Валаам (духовником его был упоминавшийся уже схиигумен Лука из прежней валаамской братии, доживавший свой век в Псково-Печерском монастыре). Когда отец Павел приезжал сюда, он проходил по острову по 20–30 км. Однажды попросился у работников музея послужить молебен преподобным Сергию и Герману, ему разрешили, и он в запустевшем храме служил молебен…
Иконостаса не было, престола и жертвенника тоже не было, в алтаре пол был нарушен. Мы, как могли, стали храм восстанавливать – начали с уборки алтаря, потом стали приводить в порядок и другие части храма. В работе отходит и уныние, и неуверенность – с Божией помощью начали восстанавливать стены обители.
Первым наместником обители был назначен архимандрит Виктор (Пьянков, впоследствии епископ Подольский) – строитель. Обязанности эпитропа (помощника игумена) первое время исполнял отец Варсонофий – выпускник Санкт-Петербургской академии. Он взаимодействовал с местными властями, заботился о монастыре. Благодаря его попечению был сооружен временный иконостас (впоследствии отец Варсонофий был благочинным Коневского монастыря).
Остальные братия распределили между собой послушания. Отец Фотий был благочинным, послушник Вадим – уставщиком и регентом, послушник Леонид пек просфоры. Я был избран духовником – сначала неофициально, а когда наместником стал отец Андроник, то и официально.
Воздвигли иконостас, соорудили престол, жертвенник, освятили храм малым освящением – и по воскресеньям стали служить. По будним дням службы совершали келейно в доме – вычитывали суточный круг, вечером – вечерню и повечерие, а полунощницу, утреню и обедницу – утром. В субботу шли в храм, там служили всенощное бдение, а в воскресенье – литургию. Так же и в праздники.
Первое время условия были очень суровые. Сами топили печки, сами привозили дрова, сами их кололи, сами себе готовили еду, пекли просфоры... Все это было интересно, хотя и непривычно – до этого мы жили совсем в других, городских, условиях – в Данилове, в Лавре. В бытовом отношении было труднее – печки и дымоходы старые, начинаешь топить – они дымят, в коридоре, где мы совершали службы, было градусов пять-шесть, в кельях потеплее, тем не менее, бывало, братия обнаруживали лед на полу… На Валааме очень сильные ветра. Зимой бывает много снега, сильные морозы. Часто мы приходили на службу – забор лежит...
Трудностей было много. Не хватало времени, не хватало необходимых вещей. К весне кончились наши продовольственные запасы – мы испытывали недостаток в продуктах, в муке для просфор. Люди узнали, что мы бедствуем, и стали присылать посылки. Из Санкт-Петербурга, из Москвы, с Украины, с Сибири – со всех сторон шли посылки с продуктами – мы не успевали ящики открывать. С такой любовью, заботой, нам от такой поддержки было очень радостно. Поэтому можно сказать, что Валаам не мы одни поднимали, но вся Русская Церковь.
При восстановлении монастыря Господь дает очень большую благодать, и все трудности как-то не замечаются, с Божией помощью все преодолевается.

Из воспоминаний жителя Валаама Сергея Груздева-Андрианова:
«Помню, как в 1989 году, в ночь с 13 на 14 декабря приплыли к нам первые монахи. Была зима, и Валаам, по обычаю оторванный в это время от материка, погружался в дремоту. Они прибыли, словно десант из чужой и непонятной нам «цивилизации» на небольшом буксире ледокольного типа «Буг» (ныне «Александр Невский»), пробившись через льды Ладоги. Отправлялись из залива «Карлахти», что где-то под Приозерском. Хотели прибыть на Валаам 13 декабря – в день памяти Андрея Первозванного, – Но непогода, сильный мороз и ветер отложили поездку. «Пришельцы-инопланетяне» в черных, траурных одеяниях, да и только! Люди, похоронившие себя ещё при жизни… А до этого были дискуссии, сходы жителей, где решалось голосованием: «Пущать или нет?..» … И вот они пришли, молчаливые и непонятные, несущие какую-то скрытую тайну жизни, и совсем не похожие на "опиум"… Из самых первых запомнился иеромонах Варсонофий. Он был за старшего среди братии на острове. Службы в храме начались на третий день после их прибытия, в этот же день мы с дочкой Дашенькой крестились в Православие. Крестил нас на дому иеромонах Серафим в детской ванночке. Это был добрый и очень мягкий в обхождении батюшка. Он пробыл на Валааме совсем чуть-чуть, в нашем климате начали обостряться «болячки», и батюшка вынужден был покинуть остров…
Если бы вы, друзья, после сегодняшнего торжественного и красивого храма, очутились в тогдашнем! Не знаю, какие бы чувства шевельнулись в вашей душе. Почерневшие стены, ветер гуляет по храму, проникая через разбитые стекла. Вместо иконостаса – занавесь, сшитая наскоро руками моей жены Елены. Весь храм опутан пучками электрических проводов. Трещат в полуразвалившихся печках сырые поленья. Не горят, а тлеют, дымя во все щели. И звучит искренняя горячая молитва – батюшки служат всенощную… Отношения к монахам, как к людям из другого мира. Ожидание светлых перемен и братской взаимопомощи… У нас в хозяйстве тогда была электрическая швейная машинка «Веритас» немецкого производства, и Елена училась шить. «У меня же руки-крюки, батюшка! Я же никогда не шила…» – На что отец Варсонофий говорил, что просить все-равно больше некого. И Елена шила покровцы к первой Рождественской службе, выкраивая время меж кормлениями грудной дочки Дашеньки и ночами, когда ребенок спал. Еще она подметала и мыла полы. А Наташа Корнилова продавала свечки и брала записочки «О здравии» и «О упокоении». Так начиналась монашеская жизнь на Валааме. Всю зиму службы проходили в почти пустом храме… Несколько молящихся, скамейки посреди храма, да свечки, воткнутые в песок перед немногочисленными иконами. Помню, когда я первый раз причащался на Николу Зимнего, подхожу к Чаше, и за мной все бабушки местные выстроились в ряд. А батюшка Серафим говорит: «Простите, но к причащению надо готовиться, читать молитвы, вести себя благоговейно. Давайте, в следующий раз»…»
(Страница «В контакте»)

В монастыре мы услышали следующее предание. В годы советской власти в келье игумена Дамаскина на острове была больничка, окна ее выходили как раз на главный вход Преображенского собора. И вот однажды одна раба Божия, находившаяся в этой больничке, в три часа ночи слышит какое-то пение за окном и видит свет из окна. Выглянула – через внутреннее каре идут отцы ко входу в храм – маститые старцы, идут парами, со свечами, в клобуках, в мантиях – и заходят через главный вход в собор. Она разбудила соседку по палате: «Смотри, что это?» – И та видит то же видение (а в то время никто еще не знал о предстоящем возрождении монастыря). И растолковывалось это так, что прежние валаамские отцы молились, и по их молитвам произошло возрождение обители. Местные жители говорили, что новая братия пришла в тот же день, когда ушли последние монахи в 1939 году, – 14 декабря, спустя ровно 50 лет. Почему-то этот день запечатлелся в их памяти, хотя по историческим данным братия покинула монастырь не в один день, а постепенно – с конца 1939 года до весны 1940. Но датой возрождения считается 13 декабря – память св. Андрея Первозванного. По преданию, святой апостол Андрей с берегов Днепра (где позже был основан Киев) через пределы Великого Новгорода дошел до Валаама. Прибыв на остров, он вышел на берег на месте будущего Воскресенского скита и там водрузил крест. В нижнем храме этого скита устроен придел в честь св. апостола Андрея Первозванного…
Продолжение следует.
Tags: Валаам, молитва, о. Геронтий, подвижники наших дней, прошлое
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments