ieris_m (ieris_m) wrote,
ieris_m
ieris_m

Category:

Первопроходцы

Воспоминания о первых годах возрождения Валаамской обители
1989–1990-е годы

Продолжение. Начало см. здесь .

Скиты
Постепенно, по мере увеличения братии, мы стали восстанавливать и скиты.
Всехсвятский скит находится в четырех километрах от монастыря, в лесу, уединенно. В скиту есть храм, нижний – в честь Всех святых, и верхний – в честь святых Небесных сил бесплотных. Постепенно были восстановлены храм и кельи. Скитоначальником стал иеромонах Виссарион, бывший послушник Вадим (впоследствии он принял схиму с именем Варахиил). В 1993 году на Валаам приехал иеросхимонах Рафаил (Берестов). Он стал духовником на Всехсвятском скиту. Отец Рафаил долгое время был в Кавказской пустыне и стяжал молитву. Он окормлял братию – советами, наставлениями, учил самоукорению, смирению, послушанию, правильной молитве. Самоукорение он ставил во главу угла при обучении молитве. Он, как духовник, знал, как часто братия повреждались от недостатка смирения и самоукорения. При молитве Иисусовой очень сильно действует искушение самомнением, тщеславием и гордостью, и потому смирять, укорять себя крайне насущно и необходимо…

Устав здесь строгий, женщин в этот скит пускают только раз в год – на престольный праздник Всех святых. В этот день вся братия и паломники идут из монастыря в скит крестным ходом – с пением, с молитвой, и в скиту совершается Литургия. Ворота для всех открыты, молятся братия и сестры. А в остальное время братия живут по-афонски, своей сокровенной жизнью.

Потом открылся Никольский скит. Он располагается на небольшом островке – Крестовом, рядом с Монастырской бухтой и соединяется с главным островом мостиком (как и несколько других островов). Там есть два храма – в честь святителя Николая и домовый в честь преподобного Иоанна Дамаскина. Основное послушание братии – чтение Псалтири. Первое время Псалтирь читали на Всехсвятском скиту, потом – на Никольском.

Предтеченский скит – еще более уединенный, суровый. При настоятеле игумене Дамаскине в XIX веке на Валааме существовали все виды иноческого жития – и общежительное, и скитское, и пустынническое. Пустынники жили в разных местах, удаленных от туристических троп. Когда же в XIX веке с развитием пароходства умножилось число паломников, отец Дамаскин принял решение один скит, Предтеченский, выделить для пустынников. Там они подвизались.
В наше время на Предтеченском скиту жил один затворник – схимонах Иоанн. Он пришел с Кавказа, до Валаама подвизался в пустыне (в монашестве его звали Исааком). Это был ученый монах, хорошо знал святых отцов. Приняв схиму, он находился в затворе. Для него построили домик, и в этом домике он подвизался. Он изобрел календарь, по которому можно было определять пасхалию. Но бесы очень ему досаждали. Перед смертью у отца Иоанна были сильные искушения, его забрали в монастырь. Но по молитвам братии Господь его сохранил.
На Предтеченском скиту, как и на Всехсвятском, устав был очень строгим – там даже рыбу не кушали (хотя в Ладоге много рыбы), а только растительную пищу. Лишь на Пасхальной седмице и на Святках, после Рождества Христова, разрешалось вкушение скоромной пищи...

Святоостровский, или Александро-Свирский, скит находится на небольшом островке к северо-востоку от главного острова и отделяется от него небольшим проливом. На Святом острове подвизался преподобный Александр Свирский. Сначала был послушником монастыря (в течение семи лет), а потом перешел в скит на Святом острове. Жил в пещере, питался травой. Пещера эта сохранилась – очень узкая и холодная. Удивляешься – какую молитву надо держать, какую иметь силу духа, чтобы подвизаться в таких условиях при северных холодах и сырости. Там преподобный Александр прожил также около семи лет и затем ушел на реку Свирь, где основал монастырь – ему было откровение. Теперь Александро-Свирский монастырь возрожден, туда перенесли мощи преподобного.
На скитах служба, как правило, совершается только по воскресеньям и праздникам, а в другие дни – Иисусова молитва (по пустынническому чину службы дневного круга заменяются определенным числом молитв). На Святом острове был свой устав – там, кроме Иисусовой молитвы, читали чин 12 псалмов.
Восстановил этот скит игумен Иоиль (он тоже приехал на Валаам из Данилова монастыря, сейчас – схиигумен Иоанн, подвизается в скиту в Липецкой епархии, близ Задонска). Там была полная разруха, храм стоял без полов, без окон… Он восстановил храм, построил кельи, в братском корпусе устроил домовой храм – потому что в основном храме все же зимой было прохладно. Причала первое время не было, а на Ладоге часто бывают шторма – большие волны. Когда приплывал к острову корабль, морякам надо было иметь особую сноровку, чтобы подойти с подветренной стороны и причалить. А потом еще разгрузить стройматериалы и прочий груз. Это было весьма непросто и всякий раз исполнено риска… Шесть лет отец Иоиль там подвизался. И еще какое-то время был на Валааме рухольным.
Приехал он в 1993 или 1994 году – при наместнике отце Панкратии. Благословил его Владыка Арсений, тогда епископ Истринский. Первый раз он приехал, посмотрел -- ему понравилось, некоторое время пожил. Потом вернулся в Данилов монастырь и принял решение перебираться на Валаам. Отправился он зимой. Ему дали небольшой микроавтобус, он загрузил его вещами, книгами и на нем с водителем ехал на Валаам из Сортавалы по льду. Ладога замерзла, но лед, видимо был не настолько толстым, чтобы выдержать вес микроавтобуса. Отец Иоиль рассказывал: «Вижу – впереди трещина на льду появляется, увеличивается, увеличивается – и мы начинаем погружаться в воду». Зима, мороз… Водитель успел выскочить сразу. А отец Иоиль в рясе, замешкался… Как-то он все же выбрался из автобуса, но на лед не успел выйти. Автобус ушел под воду, а отец Иоиль оказался в воде – ряса распустилась… Водитель вытащил его с трудом на лед, и они пошли – а до Валаама еще не близко… Ряса на морозе оледенела, стала как кольчуга. Как уж они дошли... А мы-то ничего не знаем, переживаем: отец Иоиль должен приехать, уже ночь – а его нет. Братия все переполошились. И вот смотрим -- идут, еле живые, замерзшие. Отца Иоиля переодели, натерли спиртом, дали выпить ему – он лежит такой блаженный, довольный: на Валаам попал, слава Богу!
Я заметил, что с Валаама легко уехать, а попасть на Валаам тяжело. Часто приезжаешь в Приозерск – погода нелетная, Ладога неприступная, шторм 3 балла, корабли не ходят. Сутки, двое, тое сидишь, молишься, чтобы попасть на остров, вопиешь: «Преподобнии Сергие и Германе, пустите грешника». Потом потихоньку буря утихает – на четвертый, пятый день. Наконец, можно сесть на корабль и отправиться… Уедешь с острова – а назад вернуться не можешь… Вот и отец Иоиль – с такими испытаниями попал на Валаам. Все свое стяжание оставил на дне Ладоги и начал новую жизнь…
Он любил Псалтирь читать и духовным чадам своим благословлял по десять кафизм в день прочитывать. А когда кто спрашивал благословения на отчитку, он к отцу Герману не посылал, а говорил: «Вот читай по десять кафизм – и будешь здорова». И сам, конечно, молился за этого человека. Любил читать акафист Архистратигу Божию Михаилу. Впоследствии мы с ним вместе ездили на Афон…

Позже открыли Ильинский скит. Он расположен на острове Лембос, еще дальше на восток от Святого острова. На пророка Илию мы туда приезжали. Там оставались только фундамент храма и колодец. Послужили молебен пророку Илии. Постепенно и этот скит восстановился.

В северной части Ладожского озера, ближе к Финляндии, находится остров Пуутсаари, или Сергиевский. До закрытия обители братия добывали там гранит (в нижнем храме на главном острове – в честь преподобных Сергия и Германа – все подоконники и подножие раки преподобных Сергия и Германа, сделаны из темного кранного гранита, который добывали на Пуутсаари). Постепенно восстановили Сергиевский скит на этом острове. Сюда пришли братия схимонах Сергий и монах Агафодор, которые раньше подвизались на Ферме. И они вдвоем живут там пустынническим уставом, по святым отцам. Келья схимника в лесу, посреди острова, а монаха Агафодора – на берегу. Раньше они так молились: один – с вечера до полуночи, а другой – с полуночи до утра. Молились Иисусовой молитвой, по святым отцам. Когда восстановили храм, прислали для служения иеромонаха Вениамина, какое-то время там совершались службы, но потом этот иеромонах вернулся на остров (сейчас он скитоначальник на скиту преподобного Александра Свирского). А двое братий подвизаются там доныне. У них есть катер. Постоянно живут в скиту, лишь изредка приезжают на исповедь, за советом. Причащаются запасными дарами – по пустынническому чину, как их благословил Патриарх Алексий.

Смоленский скит находится на полуострове. В 1930-е годы там подвизался в уединении схимник отец Ефрем, совершавший ежедневно Божественную литургию и особо поминавший воинов, на поле брани убиенных. Сейчас скитоначальник на этом скиту – иеромонах Давид (Легейда), регент. Когда мы туда пришли впервые, храм стоял в развалинах. Финны поострили на полуострове часовню, баньку.

Недалеко от Смоленского скита – через Московский пролив – Ферма. Это трудовой скит – там коровы, куры... Ферма сохранилась от прежних времен. Видно, с какой любовью все было сделано, добротно, как все продумано. Первое время там трудились люди мирские, а потом постепенно их заменили братия. И нужно сказать, что самые подвижники – те, кто прошел Ферму. Так, схимонах Сергий и монах Агафодор с Пууатсаари пришли туда с Фермы…

Недалеко от Фермы – Коневский скит. Он находится на Коневских (Игуменских) озерах. В этих местах подвизался в уединении в келье игумен Дамаскин. Впоследствии на месте своего уединения он устроил скит во имя Коневской иконы Божией Матери. Здесь устав также был очень строгим. В 1930-е годы в Коневском скиту подвизался схимонах Николай, последние годы жизни проведший в Псково-Печерском монастыре. Святейший Патриарх Алексий, будучи отроком, приезжал в эти годы на Валаам и вспоминал, что отец Николай всякий раз встречал самоваром, за которым велись душеспасительные беседы…

Воскресенский скит находится на берегу Большой Никоновской бухты – главной пристани Валаама, на вершине холма, где по преданию святой апостол Андрей Первозванный воздвиг каменный крест. Этот холм носит название Сионской горы. Нижний храм скита устроен по подобию храма Гроба Господня в Иерусалиме: Кувуклия, камень помазания, пещера Гроба Господня... Это было сделано тщанием игумена Маврикий, который побывал на святых местах. Теперь в скиту расположена паломническая служба монастыря…
И другие места на Валааме названы в напоминание о Святой земле – река Иордан, Гефсиманский скит (на берегу Малой Никоновой бухты). Рядом с Гефсиманским скитом, на Елеонской горе, высится Вознесенская часовня…

У братии был обычай уединяться на несколько дней на скитах, чтобы помолиться, укрепиться в молитве. И я тоже ездил ради уединения на Всехсвятский скит, на Предтеченский скит, на Святой остров, на Никольский скит. Бывало, мы с отцом Варахиилом отправлялись на остров преподобных Зосимы и Савватия. У отца Александра, приезжавшего к нам на Валаам из Питера, был ботик – парусник. Он отвозил нас на остров, и там мы уединялись. А через три дня забирал обратно. На Дивный острой тоже уходили ради уединения. Там есть большой крест – прямо у креста располагались, разводили костерчик, и устав там у нас был пустыннический…
Одно время на Валааме жил иеромонах Тихон – духовное чадо отца Ермогена (Величутина, с Кургана, † 1995). Как-то видим – нет его на службах, на трапезе день, два, я беспокоюсь, пришел к нему, стучу в келью: «Отец Тихон, ты что тут делаешь?» – «Да что ты мне мешаешь, отвлекаешь»… Потом замечаю: отец Тихон по вечерам уходит с рюкзачком в лес, а утром появляется. Спрашиваю: «Отец Тихон, ты чем в лесу занимаешься?» – «Да по лесу хожу». – «А точнее?» – «Хочу стяжать умно-сердечную молитву, ночное бдение хочу одолеть, а в келье у меня не получается – засыпаю, поэтому я хожу в лес и там молюсь». Я говорю ему: «Ты возьми меня с собой». – «Как тебя взять?..» Пошли в лес вдвоем. Там в одном месте сосна упала, корень вывороченный, он целлофаном накрыл его – получилась келейка такая, там костерчик разводит. Мне понравилось… Отец Тихон несколько лет жил на Аигбе (в скиту Валаамского монастыря в Кавказских горах, на границе с Абхазией), и у него был большой пустыннический опыт. В лесу мы с ним читали Евангелие, потом молились Иисусовой молитвой – такое совершили бдение. Костерчик погаснет – но все равно в келейке тепло. Было это осенью…
А как-то раз пошли мы с отцом Тихоном зимой на Авраамиевский скит. На лыжах перебрались через пролив. Холодно. У нас было такое приспособление в роде примуса (такие, как у спелеологов), мы его раскачали, сверху наложили валежника из сосны и разожгли костер. Иначе костер не разжечь – все заледенело, мороз, ветер. Отогрелись – и давай молиться… На островах особая благодать – что в горах, что на островах… Впоследствии отец Тихон ушел на Кавказ, подвизался так какое-то время в пустыньке, а теперь живет в Тверской епархии…
Многие скиты на Валааме были основаны в XIX веке, при игумене Дамаскине.
Продолжение следует.
Tags: Валаам, молитва, о. Геронтий, подвижники наших дней, прошлое
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments