April 29th, 2017

о.Гавриил

Еще о том же

Однажды ко мне помысл вошел против Батюшки отца Серафима. Батюшка был в алтаре. Открывает книгу, нашел точно такое слово, [какое принес помысл], и начал повторять его вслух.
Он говорил: «Я совсем больной на голову. Раньше я мог слышать одновременно шесть человек и всем шестерым давать ответы. А сейчас только троих. У меня склероз…» «Вот бы мне такой склероз, Батюшка», – говорю. А он отвечает: «Это дурное. Чего ты пожелал? – Склероза пожелал?..»
Батюшка поражал. Сидит в алтаре, вынимает частицы из просфор, поминает людей, и в это время подходят к нему с вопросами, или исповедуются – так он благословлял. Разговаривает со мной, и одновременно вынимает частицы по именам, и слышит службу. Если сделали какую-то ошибку на клиросе, он замечает и говорит, что они не ту стихиру поют или еще что…
У него такая память была! Например, он никогда не был в Иерусалиме, а знал все храмы, приделы, все святыни, какие там есть… Я спрашивал: «Батюшка, как иметь такую память? Как вы так все помните?» – Он отвечает: «Я ничего мирского не вложил в свой ум». У него был ум чистый от всего мирского. Чистый ум способен на такое.
Отец Макарий [Данилов] говорил: «Если ты будешь правильно заниматься Иисусовой молитвой, молитва очищает ум, тогда и память становится хорошей, и соображение»….
Когда молитва чистая, без помыслов, тогда ум может видеть и души других людей, их помыслы. А пока нет такой молитвы, то нужно и рукоделие, и послушание. Святые отцы говорят, что через истинное послушание, правильное, внутреннее, постепенно подходишь к такой молитве. Все, кто стяжал чистую молитву, они все прошли через подвиг послушания, за редким исключением…
Симеон Новый Богослов слушался своего старца, отец Ефрем Филофейский был в послушании у старца Иосифа, так же и другие подвижники. Послушание делает человека способным для молитвы. Что мешает молитве? – помыслы, попечения, заботы. Ученик спросил старца: «Как мне научиться Иисусовой молитве?» – Старец ответил: «Старайся угомониться». А что значит угомониться? Вот сейчас ты со мной беседуешь, а через два часа тебе надо правило совершать, и ты думаешь об этом. Значит, ты не угомонился. Ты должен жить вот этой минутой, а что дальше будет – об этом не должно быть никакой заботы. Послушание дает человеку полную беззаботность, ум, чистый от всех попечений. Зачем послушнику о чем-то заботиться, когда есть кому о нем заботиться? «Что благословят, то и буду делать…»
Дай Бог, чтобы нам хотя немного к такой молитве приблизиться. Вот это и есть монашеская жизнь. А если этого не будет – то это не монашество. Мирская жизнь в монастыре – так это называется.