March 1st, 2018

"Барашки"

Таинство послушания

Протоиерей Сергий Баранов, духовник Иверского женского монастыря в г. Орске

Господи, благослови!
Когда только зарождалась наша монашеская община, мы собрались в церковное братство прихожан храма Св. Вмч. и Победоносца Георгия, название которому дали «Фиваида».
В нашем обществе были не только люди одинокие, свободные от семейных уз и обязанностей, но и простые прихожане, которые в силу уже сложившихся обстоятельств (как-то: семья, дети) не могли принять монашеские обеты в полной мере. Тогда мы начали с малого. Каждую ночь мы все у себя дома заводили часы на 2 часа.
По звонку будильника мы просыпались, переводили звонок ровно на час, т.е. на 3 ч. ночи и вставали на Иисусову молитву.
Через час снова ложились и просыпались уже утром, когда нужно было идти на работу.
Кроме этого, после каждой воскресной литургии, собравшись в трапезной, мы немного говорили о молитве и духовной жизни. Тогда я написал небольшой устав нашего братства, который оговаривал цели и средства к духовной жизни. Случилось так, что я показал устав нашим прихожанкам, благочестивым девам - родным сестрам. Честно говоря, я думал заразить их духом подвижничества в надежде, что они примкнут к нашей духовной семье. Но, прочитав мои листки, они неожиданно для меня ответили: «А для чего это нужно, зачем общество? Разве мы не можем молиться сами по себе, что, кстати, мы и делаем. Трудиться, делать добрые дела, сохранять себя в девстве, посещать богослужения, исповедоваться, причащаться?» Тогда вопрос повис в воздухе, наверное, от неожиданности я просто смутился и ничего не ответил.
Прошло несколько лет, наша община переросла в женский Иверский монастырь. Хороший монастырь с добрыми, скромными, послушными сестрами, которые радуют меня и всех, кто соприкасается с нашим монастырем. Радуют духом любви, простоты и скромности.
Я вижу результат, о котором мы мечтали в начале.
И сегодня я возвращаюсь к тому вопросу: « А для чего нужно собираться в монастырь?» Что здесь есть того, чего я не могу исполнить дома сам по себе? Молиться, посещать богослужения, делать добрые дела, исповедоваться, причащаться, все. Все, кроме одного - монастырь дает уникальную возможность делать это не по своей воле.
И это самое драгоценное в монастыре.
Через таинство послушания все начинает переходить в совершенно другое качество: и молитва, и доброделание, и вся аскеза.
Находясь в Аризоне у старца Ефрема в паломнической поездке, я познакомился с русской паломницей Н., которая поведала мне грустную историю своей духовной судьбы. Она прожила в России в женском монастыре 8 лет! И оставила его из-за того, что надорвала свое физическое, а главное, духовное здоровье. Мне было очень жаль этого молодого инвалида.
Виновата ли она, не знаю.
Но я точно знаю, что суть этого подвига послушания нужно, во-первых, разъяснить так, чтобы послушник загорался желанием творить послушание, понимая, какие сокровища оно дает и, во-вторых, нужно дать средства к этому деланию.
Нельзя, категорически нельзя только говорить послушнику: « Смиряйся», - и все.
Он сломается, надорвется, и вы будете за это в ответе.
Сейчас я снова в Аризоне, и у меня возникло желание поделиться своими мыслями с моими дорогими сестрами, монахинями Иверского монастыря и со всеми теми, кому интересна эта драгоценная тема послушания.



Collapse )
"Барашки"

Несколько слов о принципах Духовной жизни

Протоиерей Сергий Баранов, духовник Иверского женского монастыря в г. Орске

Господи благослови!

Перестаньте говорить о Христе. Начните говорить со Христом. Перестаньте думать о Христе как о чем-то внешнем, далеком. Найдите Его внутри себя. Не выдумывайте себе Христа, позвольте Ему самому рассказать вам о Себе.
Не пытайтесь спасти себя. Позвольте Ему спасти вас. Он очень желает заботиться о вас, утешать вас, направлять; вы просто позвольте Ему сделать это, отодвинув свое я с Его пути.
Все, что нужно от вас, – это только смотреть в Его сторону и шептать: «Христе мой, спаси меня».
Это очень просто, это не сложно, нужно только очень захотеть.
Ангела в путь.
В скитском патерике есть наставление старца своему ученику, в котором духовник говорит следующее:
– Когда идет неприятель сильный, жестокий, один монах облачается в латы, берет оружие и встает навстречу врагу – это глупый монах. А мудрый лезет на дерево.
Глупость первого в переоценке своих сил. Он, бедный, не понимает, не дает себе отчета в том, что силы неравны. Неравны настолько, что он не только не выстоит, он даже не задержит неприятеля ни на секунду. Его якобы красивая смерть не нужна никому, кроме его собственного тщеславия. Тот, кто надеется выстоять своими собственными силами, искусством, мужеством, уже побежден духом гордости и самомнения, который не позволяет ему трезво думать, без эмоций.
Мудрый монах лезет на дерево, т.е., во-первых, бежит, а во-вторых, не в никуда, а туда, где помощь. Лезет на дерево, т.е. вверх – туда, где его Христос. На дерево – это аллегория, т.е. вверх.
Мудрый монах имеет природную скромность в оценке своих возможностей и опытность. Опытность, которая приобретена от исповеди к исповеди, от падения к вставанию и опять падению. В нем родился внутренний плач. Печаль о том, что он не просто великий грешник, а более уже о том, что он не в своей власти, что, печалясь о своих грехах, он опять их повторяет. Плачет, встает и опять падает. Он подходит к грани отчаяния и там, на краю погибели, на краю ада, наконец, начинает вопить, кричать: «Господи! Я не могу, я ничего не могу сделать, я сломлен, я в отчаянии. Очень хочу, но не могу сделать. Только Ты можешь мне помочь, сам я – ничего, ноль! Господи, спаси, я погибаю!»
Наконец-то он становится мудрым монахом. Тем, кто лезет на дерево, т.е. бежит ко Христу. Его мудрость опытная, выстраданная – это духовный иммунитет, который будет работать не только на уровне рассудка, он будет действовать уже и в интуиции.
Я не случайно начинаю именно с этого примера.



Collapse )