ieris_m (ieris_m) wrote,
ieris_m
ieris_m

Categories:

Прежде всего, надо строить души…

В октябре этого года епископ Рыбинский и Даниловский Вениамин по благословению Святейшего Патриарха Кирилла в составе небольшой группы, в которую также вошел благочинный Романово-Борисоглебского округа протоиерей Василий Мозяков, посетил Святую Гору Афон и остров Корфу. Участники поездки поделились своими впечатлениями, рассказав о святых местах, которые они посетили, и о людях, с которыми довелось встретиться.
В публикации использованы аудио-записи, сделанные на Св. горе Афон и Корфу

Ч. 1: Святая гора Афон
Ч. 2: Корфу

Оглавление
Корфу
    Монастыри на Корфу
    Монастырь Богородицы Высокой
    Из беседы с отцом Спиридоном
           Мы не достигли возраста святых
          Где умножается грех, там преизобилует благодать
          Живем только упованием на Спасителя и Божию Матерь
    Монастырь Влахернской Божией Матери
    Из бесед с отцом Арсением
          Невозможно убедительно рассказать о том, чего сам не пережил
          Прежде стен нужно построить души
          О «каноне»
          О духовниках
          О епископах-исповедниках
          О духе рассуждения и последние напутствия
По следам паломничества. О разрухе в сердцах и созидании


Владыка: Прежде чем поехать на Афон, мы побывали на Корфу.
В столице Корфу служили «русскую» литургию (то есть служили на славянском языке) в храме святителя Спиридона – в субботу в пять часов утра.

Монастыри на Корфу


На острове 10 мужских монастырей, 7 женских, 4 женских исихистирия (греч. – место безмолвия, в Греции так называются монастыри, административно независимые от епархиального архиерея, но действующие по его благословению); кроме того, 4 обители недействующие; всего – 77 монахов и монахинь; см.: http://www.imcorfu.gr/website/mitropoli/dioikisi.htm

В прежние поездки мы были в монастыре Божией Матери «Кассиопитра» – там живет архимандрит Поликарп, который лично знал старца преподобного Паисия. Но в этот раз мы его не застали.
Монастырь «Кассиопитра» находится недалеко от столицы острова Керкиры, на полуострове Канони. Его настоятель архимандрит Поликарп (Зервос) начинал свою монашескую жизнь на Святой Горе Афон в монастыре Кутлумуш. Его келья находилась недалеко от кельи Панагуда преподобного Паисия Святогорца. Также он был собеседником и сомолитвенником многих афонских отцов и корфиотских подвижников.
Святыня монастыря – чудотворная икона, на которой изображена Матерь Божия, исцеляющая слепого отрока, дающая ему зрение.

Эта икона прославилась в XVI веке чудесным возвращением зрения отроку Стефану, невинно пострадавшему от судей – он был ослеплен в наказание за преступление, которого не совершал. В храме Божия Матерь явилась ему и вернула глаза.

В прошлом году мы посетили на Корфу некоторые женские монастыри. Побывали в монастыре преподобномученицы Параскевы [Римской], где игумения Нимфодора. В этот раз мы заезжали в монастырь великомученика Димитрия Солунского [в Агия Дули], но не задерживались там – только помолились, приложились к мощам.
В женских монастырях обычно по нескольку сестер, многие из них общались со старцами Паисием, Иосифом Исихастом…
На Корфу нас встретила раба Божия А., помогла разместиться. Согласилась нас свозить в монастырь Высокой Богородицы, куда мы хотели попасть, потому что этот монастырь связан с нашим святым Феодором Ушаковым. А. – духовное чадо отца Поликарпа. Поскольку отца Поликарпа в это время не было на Корфу и мы с ним не могли встретиться, она также предложила нам поехать к его духовному другу отцу Арсению, сказав: «Хочу повезти Вас к отцу Арсению». Она же была и переводчиком в наших беседах с отцами.

Монастырь Богородицы Высокой
Монастырь Богродицы Высокой расположен в деревне Магуладес в западной части острова. История обители восходит к X веку. В XVII веке монастырь был обновлен и стал крупным духовным центром острова Корфу.
В обители находится чудотворная фреска Пресвятой Богородицы «Всецарица», многочисленные святые мощи угодников Божиих.

Прижизненный портрет прав. Феодора Ушакова. Монастырь Богородицы Высокой. Корфу мал
Одной из главных святынь обители является прижизненный портрет великого русского Флотоводца святого праведного Федора Ушакова. В 1799–1800 году, после освобождения эскадрой Ушакова острова Корфу от французов, в кельях монастыря размещался русский гарнизон, а монастырь неоднократно посещал и даже жил там Федор Ушаков. Этот монастырь был особенно дорог русскому адмиралу, между ним и отцами обители сложились тесные духовные связи. Незадолго до своего отъезда Федор Ушаков в знак любви и уважения к обители подарил свой портрет, который бережно сохраняется все эти годы (в России был известен только один прижизненный портрет адмирала Ушакова, более позднего периода). На средства Феодора Ушакова был отстроен двухэтажный келейный корпус (за которым закрепилось название «русский корпус») с небольшим хранилищем внизу и бойницей, а также устроена огромная подземная цистерна для сбора дождевой воды, которой пользуются по сей день для всех монастырских нужд.

Владыка: Монастырь Высокой Богородицы – в честь Успения Божией Матери. Сейчас в этом монастыре живет один монах – [архимандрит Спиридон (Скордилис)], очень благоговейный. Монастырь расположен высоко – на холме. Несмотря на то, что от города далеко ехать, сюда приезжают и паломники, и богомольцы. Отец Спиридон хорошо поет.

Из беседы с отцом Спиридоном

          Мы не достигли возраста святых
Отец Спиридон: За епископов надо втройне молиться – чтобы Господь дал им силы, дал света. Потому что им тяжело – епископам намного тяжелее, чем нам. Я с детства знаком со многими иереями на этом острове, которые были святыми. Сейчас мы сами достигли того же возраста, но не достигли их уровня духовности – наш духовный уровень очень низкий. Мы это понимаем и надеемся, что Господь смилостивится над нами, несчастными, и мы сможем духовно подняться...
          Где умножается грех, там преизобилует благодать
То, что произошло в Греции, пришло не внезапно. Растление продолжается уже много лет. Но там, где умножается грех, там всегда есть и благодать. Где много греха, люди хотят чего-то чистого, и они могут найти храм, могут найти священника…
А.: Содом и Гоморра – где там благодать осталась? У одного Лота?..
Отец Спиридон: Там, где не было благодати, явилась Святая Троица – первый раз и почти единственный в истории. Явилась тем людям, которые в этом ужасном хаосе остались чистыми. Очень важно в наши времена, чтобы хотя кто-то сохранял веру, благодать и светил людям…

Корфу. В монастыре Богородицы Высокой мал
В монастыре Божией Матери Высокой

         Живем только упованием на Спасителя и Божию Матерь
Но я поступаю неправильно, потому что все время говорю, хотя должен слушать епископа. Поэтому примите мои слова как исповедь. Владыка, очень прошу Вас сказать напутственное слово.
Владыка: Я же приехал послушать. Я приезжаю сюда, чтобы соприкоснуться с монашеской жизнью, с монашеским духом... Для меня утешением и поддержкой является служение Божественной литургии. Когда совершаю Таинство, в этот момент я стараюсь просить, чтобы Господь Сам все управил. В этом нахожу укрепление. Потому что сейчас очень трудно найти духовника, с кем можно было бы постоянно советоваться. Я согласен с тем, что не надо торопиться и быстро принимать решения. Надо послушать голос Божией Матери… Практически приходится жить постоянно в заботах, попечениях, разъездах…
Отец Спиридон: Несмотря на то, что я живу в таком отдалении от цивилизации, можно подумать, даже в пустыне, этот мир прочно вошел и в мою жизнь. Не думайте, что я с утра до ночи молюсь. Мир пустил свои ростки во всех. А поскольку я живу один, я должен сам все необходимое делать, что тоже отнимает много времени и требует забот. Не хватает времени совершать все необходимые молитвы. Если бы я не уповал на Святую Богородицу, если бы не надеялся, что Она все управит и походатайствует за меня перед Господом, я бы совсем пропал. Только этим упованием и живу.

Монастырь Влахернской Божией Матери
Владыка: Еще один монастырь, который мы посетили – в честь Влахернской Божией Матери у подножия горы Пантократор. Это самая высокая гора на Корфу.

Корфу. Влахернский монастырь мал
Монастырь Влахернской Божией Матери расположен на склоне горы Кораки, около деревни Скриперо. В монастыре хранится чудотворный образ Пресвятой Богородицы 17 века. Отсюда открывается прекрасный вид на долину и на отроги горы Пантократор.

Игумен этого монастыря и его единственный насельник – архимандрит Арсений [Пеппес], иконописец. До этого он 16 лет подвизался на Святой горе Афон в монастыре Дохиар. На Корфу много хороших монахов, отец Арсений – один из таких. Раньше мы не знали отца Арсения, и нам у него очень понравилось.
Место, где расположен монастырь Влахернской Божией Матери, очень красивое и напоминает Афон. Вид такой, как из Кареи – не слишком высоко, но все-таки гора, не видно никаких дорог – как будто райская долина. Хотя дорога здесь рядом, но ее не видно. Это место называют «Балкон Бога». Выходишь как бы на балкон и смотришь на эту красоту. Монастырь пришел в запустение, и отец Арсений начал его восстанавливать. У греков Влахернская икона Пресвятой Богородицы очень почитаема. На Корфу есть несколько храмов в честь этой иконы...

Корфу. Монастырь Влахернской Божией Матери. Вид с Балкона Бога мал
Вид с "Балкона Бога"

– А чем отец Арсений Вам понравился?
Владыка: Рассудительностью. Он молодой [чуть больше сорока лет], но рассудительный. Он основывается на святых отцах, на советах старцев – в первую очередь своего духовного отца архимандрита Григория (игумена Дохиара). Кроме монастыря ему дали еще приход – там он служит, кто-то из прихожан помогает ему…
Восстанавливать монастырь отцу Арсению помогает отец Поликарп – помогает и всем необходимым, и советами. Он ведь тоже афонский монах, и они с отцом Арсением связаны духовной дружбой. Кроме того, отец Арсений за молодостью лет не может исповедовать, поэтому исповедует в его монастыре отец Поликарп. То есть, отец Поликарп и духовно окормляет этот монастырь.
Отец Василий: Отец Арсений приглашал приезжать еще, пожить у него в монастыре, помолиться на «Балконе Бога». Там есть небольшая келья, которая скоро будет приведена в порядок, и можно приехать туда на уединение, на молитву. От знакомства с отцом Арсением у меня осталось впечатление, что это человек, преисполненный любви, очень светлый. Он для меня – пример пастыря. Я немного застал архиепископа Михея. У него была любовь ко всем. Он мог быть и строг, и даже недоволен тобой, – но это всегда было с любовью. Владыка Михей – старец, умудренный опытом, прошедший войну… А отец Арсений – молодой игумен, выходец с Афона, преемник образа жизни своего старца. И я увидел так много любви в его словах, во всем. Говорил он очень правильно, ничего лишнего, и подчеркивал, что говорит не от себя, а только как посредник. Такие слова воспринимаются не только умом, но и сердцем.
– А как Вы думаете – откуда у него эта любовь?
Отец Василий: Мне кажется, это школа. Там традиция духовного окормления никогда не останавливалась… Я не согласен с тем, что у нас эта традиция прервалась, она не прервалась, а, можно бы сказать, истончилась. В определенный момент, когда открылись двери храмов, появилась большая потребность в наставниках, а такого количества наставников не было…
– У нас тоже есть потребность духовная, жажда. И если появляется подвижник, делатель, который какие-то дары стяжал, который может наставить, руководить ко спасению, – сразу народ тянется, собирается вокруг него. Нам этого не хватает…

Из бесед с отцом Арсением

          Невозможно убедительно рассказать о том, чего сам не пережил
Как мы можем говорить о высоких вещах, если мы не живем ими? – Это все равно, если бы слепец рассказывал о красоте красок. Так же и человек, который знает только теорию, а в душе этим не живет…

          Прежде стен нужно построить души
Хорошо строить монастыри, но важнее уметь строить души людей. Сколько великолепных монастырей сейчас в руинах, потому что души для этих монастырей никто не построил, – никто туда не идет. Где великие святыни Византии? Где великие святыни горы Олимпа, Латроса, где подвижническая Вифиния (в Малой Азии)? Где сейчас монастыри Нитрийской пустыни в Египте? Монастыри рухнули, потому что в них не стало подвижников. Духовная жизнь прекратилась – и здания превратились в руины. Можно сколько угодно строить, а стены останутся пустыми… Начало – духовное окормление, духовное делание, внешнее строительство – это уже второстепенное. Господь нам говорил, но мы Его не слышим: «Ищите прежде Царствия Небесного, а все остальное приложится» (ср.: Мф. 6, 33). Но большинство людей охотятся за всем остальным, а главное – Господа – оставляют в уголке своей души, как неглавное…

          О «каноне»
Я нахожусь в миру. В большом общежительном монастыре ты находишься в безопасности. Если ты на послушании, то знаешь, что за тебя помолятся братия. А здесь приходится бороться в одиночку. Поэтому каждый день хотя бы в сокращенном виде надо читать необходимое правило. Утром – хотя бы Шестопсалмие, Синаксарь и Малое Славословие. Потом уже можно идти работать. Перед обедом, днем – прочитать хотя бы один Час. Нужно исполнять правило, чтобы мы не забыли, что мы – монахи. Когда весь день послушания, разъезды, можно забыть о своей принадлежности к монашеству. Можно отложить все дела и хотя бы 15 минут уделить молитве. И вечером – если не успеваешь прочесть вечерню, то хотя бы малую молитву нельзя оставлять. У нас в монастыре у каждого монаха был маленький «канон» (правило). На Афоне каждый послушник обязательно каждый день делает 60 земных поклонов, 600 четок и одну главу из Нового Завета. А обычный монах (не схимник) делает 100–120 земных поклонов, 1200 четок и одну главу Нового Завета. С возрастом духовник уменьшает число поклонов, а кто-то и не может уже их делать… Хорошо, если свой канон, который получили от наших духовников, мы не будем оставлять. Иначе мы окажемся беззащитными. Святой Паисий говорил: «Хороший воин, когда находится в месте боевых действий, даже если он очень устал и есть опасность, что на посту его сморит сон, – пусть он хотя бы пару раз выстрелит в воздух, чтобы враг знал, что участок охраняем. Так же и мы. Сколько бы мы ни бегали по делам, сколько бы у нас ни было работ, даже если мы больны и лежим в кровати, нужно совершить хотя бы несколько “выстрелов” – чтобы диавол знал, что мы на посту, что мы принадлежим Христу». Я рассказал о том, чему обучился на Афоне, а вообще относительно канона должен регулировать и решать духовный отец, который знает вас абсолютно. Потому что в миру очень много обязанностей. Иногда я настолько устаю, что не могу сварить себе еды. Но даже в таком состоянии, упав на кровать, надо хотя бы лежа произнести несколько молитв. А говорить себе: «Не могу, ладно, завтра помолюсь», – так нельзя. Потому что прошлое уже прошло, а будущее – в руках Господа, и только настоящее в наших руках. Господь дает нам его, мы его творим. Я ни в коем случае не позиционирую себя учителем, но я прошел через разные испытания и много раз нарушал все то, о чем только что говорил, боролся. Я сам все это пережил, и знаю, что без молитвы Богу, сколько бы знаний у нас ни было, мы никогда не сможем принять правильное решение.

          О духовниках
Очень важно в России воспитывать духовников – людей, которые захотят показать людям любовь, внимание, которые будут заинтересованы в том, чтобы исповедовать, давать советы, объяснять, что такое Церковь. Нужна катехизация. Очень полезно батюшкам ездить на Афон, чтобы посмотреть на устройство монашеской жизни, чтобы набраться немножко мудрости. Иначе волк всех овец сожрет. Если нет духовников, люди не могут жить настоящей церковной жизнью – они будто бы при Церкви, ходят в Церковь, но живут вне Церкви. Я говорю это с болью, но с большим уважением к Вам, Владыка, как к старшему по возрасту и старшему духовно.
А.: Отец Поликарп по этой причине – он никогда об этом не думал – открыл школу для детей. Потому что детей некому учить. Дети ничему не учатся дома – даже крест перед едой не кладут. И что из этих детей вырастет? И он открыл школу, хотя не собирался этого делать...
Отец Арсений: В Греции чуть-чуть проще, чем в России, потому что многие люди, особенно в связи с духовным и экономическим кризисом, ищут духовников, ходят по монастырям – и находят. Потому что есть батюшки, которые готовы посвящать время людям. У нас исповедь принимается только накануне вечером и человек может исповедоваться столько, сколько нужно. Если человеку нужно прийти и выговорится, его никогда никто не прогонит, не остановит, его будут слушать, пока он не получит ответ на все свои вопросы – хоть час. Здесь учат, что для духовника это крест – тяжелый крест, но иначе – никак. Духовники, кто с людьми занимаются, они могут исповедовать и беседовать с ними очень долго, пока не докопаются до корня проблемы, пока не выслушают полностью – если человек сам хочет, конечно. Но это большой кропотливый труд, и это отнимает очень много времени. Сколько у вас иереев в епархии?
Владыка: Девяносто.
Отец Арсений: А сколько из них – действительно духовники?
Владыка: Немного…
Отец Арсений: Из 90 священников нельзя ли сколько-то обучить правильной исповеди людей?..

          О епископах-исповедниках
Владыка, я с малых лет в рясе и очень хорошо знаю, что очень трудно «пасти попов». Я молод возрастом, но столько лет в рясе и пережил уже столько разных проблем… Очень важно, чтобы Владыка епископ был примером для своих батюшек. Это самое главное. В наши времена необходимы епископы-подвижники. Их очень мало, но они крайне необходимы. Если люди видят, что мы, носители рясы, живем в роскоши, приятно проводим время, охотимся за славой, – они будут от нас отворачиваться. Это не значит, что мы не должны воздавать честь Церкви, не должны украшать церкви золотом, красивыми вещами. Мы должны приносить это для Господа – но для Господа, а не для себя. С рассуждением, что правильно и что неправильно, и в меру – все должно быть в меру. Я познакомился со святым Паисием в 1996 году, зимой, – пришел в келью Панагуда прямо перед последней его операцией. Старец говорил, что несчастная Россия очень сильно пострадала, что там была сильная брань, потому что было слишком много колоколов и слишком много золота – все это стало пушками, из которых потом расстреливали людей. Он говорил: «Слишком много роскоши в России. Лучше строить не огромные золоченые храмы, гораздо важнее построить церкви в душах людей». Вложить в людей дух благочестия, Православия, научить их вере – это и есть настоящая Церковь.
Один из паломников: Гораздо тяжелее это сделать...

          О духе рассуждения и последние напутствия
Отец Арсений: Простота хороша везде. Старец мне говорил: «Если у тебя есть нож, ты можешь им резать хлеб, а можешь перерезать себе вены». Проблема не в айпаде, а в голове. Если кто-то не может навести порядок в своей голове, тогда ему нельзя иметь гаджет. А если здесь все в порядке, то можно иметь и гаджет. Когда Афанасий Афонский основал Афонскую Лавру, он привел пару волов, создал систему орошения и водяную мельницу – в общем, устроил какую-то умную систему работ в монастыре. Отцы на Афоне подняли по этому поводу скандал, они даже обратились к византийскому императору, чтобы осудить святого Афанасия за то, что он устроил на Афоне такие новшества. Говорили: «Технологии вносит на Святой Афон». А святой им отвечал: «Оставьте жалобы на технологии, лучше загляните поглубже в свои сердца. А все внешние приспособления давайте правильно использовать, чтобы помогать людям». И таким образом еще много лет, благодаря этим умным системам, в Лавре очень многие люди получали работу, еду и помощь. Так же и сейчас. Если эта штука (айпад, гаджет) сделает меня своим рабом, тогда я выкину ее. А если я научусь правильно использовать ее для необходимости, то вреда не будет, а напротив… Сначала нужно научиться жить без гаджета, а потом уже можно научиться жить с гаджетом. Но использовать его правильно и только для необходимых благих вещей.
Когда какой-то аскет живет в пещере на Афоне, то его мобильным телефоном являются четки. Через четки он общается с миром. Но другое дело, когда вы находитесь в миру, и вокруг вас люди, и люди хотят утешения, слова. Очень много людей каждый день звонят и просят: «Батюшка, помолитесь Пресвятой Богородице, помолитесь за болящего, умолите Богородицу, чтобы спасла кого-то…» Во всем должна быть мера.
И последнее – я просил бы Владыку сказать мне напутствие на прощание. У Вас большой опыт – что бы Вы могли мне посоветовать?
Владыка: Пресвятая Богородица да укрепит, вразумит, поможет. А я буду о Вас молиться, вынимать частички на проскомидии…
Отец Арсений: Это большая радость и честь для меня. У меня уже много раз были помыслы возвращаться на Афон. Я с Афона ушел не потому, что этого хотел…
Владыка: Здесь тоже святое место.
Отец Арсений: Я прошу Вас сохранить в сердце частичку от посещения этого монастыря Влахернской Божией Матери.

Часть 3: По следам паломничества. О разрухе в сердцах и созидании

– Владыка, как отличается жизнь православных людей в Греции и наша – и на приходах, и в монастырях.
Владыка: Я не могу судить о всех монастырях … Часто в наших монастырях к игумену относятся больше как к администратору, чем как к старцу и духовнику. В афонских монастырях игумен избирается братией, и он действительно является для братии и отцом, и старцем … А в плане традиций приходских… Мы были у отца Поликарпа – он открытый, любвеобильный, искренно молится, и, конечно, к нему люди тянутся. Если лет 10–15 назад на Пасху приходило человек тридцать, а в воскресенье – пять-десять человек, то теперь весь храм и двор заполнены. Люди чувствуют его любовь, его молитву. Но ведь у нас так же – от священника многое зависит… Если священник в евангельском духе выстраивает жизнь прихода – учит, чтобы люди друг друга поддерживали, помогали, относились с искренней любовью, со смирением, – то приход у него как большая семья… Что касается духовничества, может быть, это действительно важно, что в Греции не каждый священник может исповедовать людей. Но, с другой стороны, – все ли у них исповедуются, имеют духовников? Если имеют, то, наверное, это жизнь правильная…
– Насколько я знаю, в греческих приходах Таинство исповеди может совершаться независимо от Причащения, назначается время исповеди, когда каждый может прийти и спокойно поисповедоваться, а причащаются по благословению духовника…
Владыка: У нас среди духовенства нет единомыслия в этом вопросе. Наверное, когда-то оно придет. На Корфу проживает 120 тысяч населения и епархией управляет митрополит. А у нас, например, в советское время епархии были очень большие, архиерей был один на несколько миллионов населения. В большом городе к священнику на исповедь приходили сотни людей... У нас есть свои особенности. Сейчас есть стремление к тому, чтобы было больше священников, больше архиереев, чтобы архиерей имел возможность побывать в каждом селе, послужить, пообщаться…
– Еще у них нет такой разрухи, как у нас, не проходил такой каток…
Владыка: Да, но разруха больше в сердцах людей – не только в стенах. Стены – их можно восстанавливать… У нас, когда начинается монастырь, трудно найти старшего – и назначают первого попавшегося. Есть монах – а где он прошел школу послушания?.. А в Греции как – особенно на Афоне? Пока ты не побыл на послушании у какого-то старца лет 20–30 или даже больше, тебя игуменом не поставят. Для них игумен монастыря – это старец (или старица), к которому монахи тянутся, понимая, что его нельзя не слушаться…
– Но нужно же, чтобы Господь дал Свою благодать, возрастил, – а не просто формально…
Владыка: Понятно, что трудом, подвигом это достигается… Вот здесь прервалась наша традиция. Были у нас Оптина, Валаам, Саров… Открывались новые монастыри – и в них посылали опытных…
– А какое в целом впечатление от этого паломничества, если сказать в нескольких словах?
Отец Василий: Для меня это важная поездка, определенный духовный опыт, и я думаю, что этот опыт с какой-то периодичностью нужен каждому христианину. Это труд, это время, когда ты себя духовно собираешь. И когда возвращаешься, то с сожалением понимаешь, что сейчас вот начнешь себя терять… За эти несколько дней с тобой происходит то, чего нельзя сделать здесь, в обычной, обыденной жизни за долгий период. Вырываешь себя из этой обыденности. Важен именно момент духовного созидания… На Афоне, прежде всего, – молитвенное делание. Для меня как человека мирского и духовно слабого этот опыт очень полезен…
– Владыка, хотелось бы, чтобы Вы сказали что-то нам в назидание. Есть ли у нас надежда на настоящее духовное возрождение, на расцвет, или мы погрязнем в этих руинах?..

Корфу. У разрушенной обители мал
Корфу. У стен разрушенной обители


Владыка: Руины восстанавливаются, новое строится. Только бы спасающихся было побольше – чтобы больше людей имели желание спасаться. Не могу о всех говорить, но я прочитал, что спасающихся меньше, чем крещенных. Поэтому чем больше будет спасающихся, тем лучше… Я пожелал бы, чтобы священники больше заботились о своих прихожанах, о состоянии их душ. Потому что часто бывает так, что люди ходят в храм, но не открывают свою душу, не могут расположиться к священнику, найти духовника…
На Афоне мы услышали выражение, что монастыри – это открытые окна в небо… Портал в небо – особое место… Я бы пожелал, чтобы наши монастыри стремились жить поближе к афонским традициям монашеского уклада – послушание, молитва, богослужение... Чтобы было побольше таких монастырей.
Отец Василий: Игумен Ксенофонта отец Алексий говорил о том, что монастырь предназначен не только для того, чтобы человек мог в него прийти и спастись самому. У монастырей есть свое послушание – они занимаются спасением мира. Место, где находится монастырь, освящено молитвами, и важно, чтобы эти окна в небо были открыты и чтобы их было как можно больше…

Фото: прот. Василия Мозякова и Сергия Коляева. Использованы также фото из интернета.

Публикацию см. на сайте Рыбинской епархии
Tags: Афон, Рыбинская епархия, епископ Вениамин
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments