ieris_m (ieris_m) wrote,
ieris_m
ieris_m

Category:

Духовное руководство

Очерки аскетики египетских подвижников IV-V вв.
Очерк девятый


Издревле утвердилось духовное руководство более опытными подвижниками новоначальных. Главные причины этого установления следующие:
1. Необходимость для спасения оставления своей воли, которая является «медной стеной между человеком и Богом», и подчинения воле Божией[1].
«Отречение от мира, - пишет преподобный Макарий Египетский, - лишь тогда является надежным и истинным, когда ты исполняешь не собственные желания своей души», но уподобляешься веществу в руках ремесленника... Нежелание покоряться воле духовного наставника приравнивается «отречению от обета», ибо отрекшийся от мира «должен вести себя так, как уже не принадлежащий самому себе»[2].
2. Неопытность новоначальных, трудность и опасность духовного пути, сложность «духовной науки». По этим причинам многие монахи после долгих трудов пали, понадеявшись на свое дело, как угодное Богу, и не вопрошая старцев[3].
Так, епископ Палладий рассказывает о некоем Птолемее, который пятнадцать лет прожил в великих подвигах, ни с кем почти не встречаясь, но затем по обольщению диавола совратился с правого пути и «погрузился в бездну погибели». «И это неисцельное бедствие, - говорит Палладий, - постигло несчастного Птолемея за его безумную гордость... потому что никогда не беседовал со святыми отцами, сими мудрыми кормчими, и не внимал их духовному наставлению; за то, не имея кормчего и постигнутый мрачною бурею, низринулся в крайнюю пучину смерти»[4].
Потому-то старцы говорили: «Если увидишь юношу, по своей воле восходящего на небо, удержи его за ногу и сбрось оттуда: ибо это ему не полезно[5].
3. Для новоначального инока полезно общение с опытным подвижником, ибо примером старец учит его тем добродетелям, которые имеет сам. Поэтому св. отцы советуют прилепляться к хорошо живущему. От жительства с добрыми делателями бывает великая польза; напротив, если делатель окажется в месте, где нет таковых, то ему вряд ли удастся преуспеть: он должен стараться по крайней мере не сойти вниз[6].
4. Наконец, новоначальный нуждается в молитве опытного подвижника, которую скорее, чем его собственную, услышит Господь. В «Древнем патерике» находим множество примеров действенности молитвы старцев об учениках[7]. Старческая молитва привлекает на ученика благодать, наставляющую его в добродетели. Происходит взаимодействие воли ученика, старца и Божественной воли о спасении ученика. Старец является посредником между Богом и новоначальным, как бы проводником воли Божией.
Отметим, что установление это (будем называть его по древней традиции старчеством) Божественное. В этом смысле оно есть некое таинство, устроенное по особым законам, не похожим ни на какие человеческие правила и законы, регулирующие обычные отношения между людьми. Связь старца и ученика осуществляется при содействии Божественной силы (благодати), их отношения - «о Господе». Отношения эти простираются также и в жизнь будущую. «Все (руководимые тобою), сколько ты приобретешь здесь, будут повиноваться тебе в будущем веке», - говорит Ангел авве Ору Нитрийскому [8].

[1] Д. п. (Древний патерик) 10. 85.
[2] Духовные беседы. 53. 10, 11.
[3] Д. п. 11. 1.
[4] Лавсаик, 31.
[5] Д. п. 10.159.
[6] Д. п. 11. 55; 15. 49; 10. 114.
[7] Напр., Д. п. 14. 24.
[8] Лавсаик, 9.

Старец и ученик

Каким должен быть старец?

Старец должен быть опытным в духовной жизни, прошедшим деятельную жизнь, духовным и рассудительным, искусным в рассуждении о помыслах или делах[1]. Приступающий к духовному руководству другими должен прежде сам построить прочное здание добродетелей - иначе он рискует уподобиться ветхому дому, который, приняв в себя странников, погубит их в случае своего падения[2]. Вот почему отцы настоятельно предупреждают не учить прежде времени. Опасно быть под руководством старца, неопытного в рассуждении, ибо многие от этого вместо уврачевания впадали в отчаяние[3]. Старец должен иметь смиренномудрие, без которого невозможно послушание ученика. Так, авва Атр, ученик аввы Ора, имевший великое послушание, говорит: «Послушание не мое, но старца, стяжавшего великое смиренномудрие»[4].

Как должен он руководить учеником?

1. Старец должен действовать не от себя, но «по Боге», со страхом Божиим и смирением. Он должен быть посредником между учеником и Богом: «старец не вдруг говорит, а если внушит ему Бог». «Если кто со страхом Божиим и смирением поручит брату совершить дело, - говорит авва, - то слово, исходящее по Боге, делает брата покорным к исполнению; а если кто хочет приказать брату не по страху Божию, а по своей силе, желая властвовать, то Бог, видящий сокровенное сердца, не даст ему услышать или исполнить. Дело Божие смиренно, с утешением, а дело по власти - со страхом и смущением; оно от лукавого»[5].
Истинные наставники монахов отличались глубоким смиренномудрием. Смиренномудрие старцев прилепляло к ним учеников. Так, авва Пимен, начинал свое поучение брату, страдавшего блудной похотью, словами: «Мы с тобою находимся в блуде»[6].
2. Важно, чтобы наставление старца было не только лишь словом, но чтобы слово подтверждалось примером добродетели (делом). Так, один ученик аввы Антония не имел нужды спрашивать своего старца, для него достаточно было лишь видеть его[7].
3. Долг старца - испытывать сокровенные помыслы[8], для чего ему необходимо иметь дар рассуждения. Труд духовного руководства требует великой мудрости и «научения от Бога», ибо нет сложнее «науки», чем наука о спасении человека.
Часто старцы отвечают на один и тот же вопрос по-разному, смотря по мере вопрошающего; а в иных случаях старец предоставляет ученику выбирать из нескольких возможностей лучшую - уча его рассуждению[9]. Видя внутреннее устроение ученика, старец не возлагает на него требований непосильных. Например, старец разрешает брату удержать монеты, видя его желание удержать их, хотя и знает, что нехорошо удерживать свыше нужды телесной[10]. Старец не принуждает ученика, а как бы сопутствует ему, направляя или подталкивая его, сообразно с его мерой добродетели, к спасению.
4. Старцы не бросают слов на ветер, но говорят слово Божие лишь делателям, приходящим к ним ради Бога[11]. Говоря, они не угождают любопытству вопрошающих, но всегда имеют в виду их душевную пользу. Так, авва Пимен не вдруг говорил от Писания, а отвечал лишь тем, кто говорил с ним «о душевных страстях»[12].
5. Старец должен требовать от ученика послушания. «Не даю вам заповедей, - говорил авва Исаак братиям, - потому что вы не храните их»[13]. Поэтому прежде чем взять на себя попечение об ученике, старцы обычно проверяют, готов ли он им повиноваться (говоря им, например, превратное)[14].
Как может старец понести труд, возложенный на него Богом - руководить порой столь великим множеством людей? Для человека это невозможно, но Господу все возможно (ср. Мф. 19, 26). Старец действует по благодати Божией, а благодать не оскудевает. Старец подобен светильнику, который «ничего не терпит», когда от него зажигаются другие светильники. «Хотя бы и весь Скит ходил ко мне, - говорит преподобный Иоанн Колов, - не воспрепятствовал бы мне в благодати Божией[15]. «Число приходящих не больше числа демонов, с которыми ведем брань в горах», - замечает преподобный Антоний Великий[16].

Каким должно быть отношение ученика к старцу?

Ученики должны любить своих наставников как отцов и бояться как начальников. Необходимо полное доверие ученика к старцу. Отсутствие доверия ведет к непослушанию[17], непослушание же влечет за собой многие беды[18]. Главное же, что требуется от ученика - послушание. Душа его должна быть полностью открыта пред старцем. Другое, после послушания, дело ученика - откровение помыслов[19].
О пользе откровения помыслов, даже безотносительно к старческому руководству, говорит ученикам преподобный Антоний Великий: «Пусть каждый из нас замечает и записывает свои поступки и душевные движения, как бы с намерением сообщать это друг другу... Тогда легче соблюдем себя от нечистых помыслов, стыдясь известности»[20]. Уклонение от откровения помыслов, - замечает св. Амон, - обличает в человеке тщеславие, кто же «прямодушно открывает помыслы своим отцам, отгоняет прочь эти помыслы от себя»[21].

[1] Д. п. 10. 100; 5. 4; 10. 96.
[2] Д. п. 10. 100.
[3] Д. п. 5. 4; 10. 96.
[4] Д. п. 15. 57.
[5] Д. п. 10, 90; 15. 89.
[6] Д. п. 5. 9.
[7] Д. п. 10. 105; 17. 5.
[8] Д. п. 10. 86.
[9] Д. п. 10. 30; 10. 80.
[10] Д. п. 6.26, подобный пример: 10.63.
[11] Д. п. 14. 3.
[12] Д. п. 10. 52.
[13] Д. п. 6. 10.
[14] Д. п. 10. 37.
[15] Д. п. 11. 39.
[16] Житие преподобного Антония... гл. 70.
[17] Д. п. 10. 40; 14. 29.
[18] См. напр., Д. п. 5. 38.
[19] Д. п. 4. 27; 5. 4.
[20] Житие преподобного Антония... гл. 55.
[21] Св. Амон. О радости. 24.

Послушание

В одной из апофтегм говорится о «трех чинах, существующих на Небе»: 1) человек немощствующий и благодарящий Бога, 2) заботящийся о страннолюбии и 3) пребывающий в послушании и повинующийся своему духовному отцу по Господу. При этом наибольшую славу имеет пребывающий в послушании[1].
Почему так велик этот подвиг? Потому что драгоценнее всего пред Богом оставление своей воли ради Него. И не только драгоценно, но и необходимо для духовного преуспеяния, которое без оставления своей воли просто невозможно. Подвижнику, поступающему по своей воле, «Бог не содействует... не посылает Своей Божественной силы, делающей преуспевающими пути человеков». Напротив, такие подвижники впадают во множество зол и бывают обольщаемы диаволом. Для стремящихся к богоугождению из трех воль, непрерывно сопутствующих человеку: внушаемой врагом, рождающейся из сердца человека и «посеваемой Богом», необходимо избирать последнюю, ибо «Богом принимается только та воля, которая принадлежит Ему Самому»[2]. Следует всегда избирать волю Божию и искать ее, потому что «воля Божия есть подлинное Царство Небесное и венец жизни»[3].
Отрицание своей воли для ближнего есть признак истинного делателя[4]. «Отказ от своей воли ради ближнего свидетельствует о том, что ум зрит добродетели, а утверждение собственной воли за счет ближнего является неведением»[5].
Тем более это относится к послушанию старцу. Всякая добродетель ради исполнения заповеди драгоценна пред Богом, ибо подвижник отсекает свою волю ради заповеди, но высшая добродетель - послушание старцу. Отсекшие свою волю и исполняющие волю другого, если соблюдут послушание до конца, суть исповедники[6].
Послушание предпочтительнее всякому подвигу телесному, ибо последнее учит высокомерию, а первое показывает смиренномудрие[7]. Отцы говорят, что подвижничество доводит только до середины пути, чистота достигает небес, послушание же «с дерзновением приводит к Богу». От послушания «насадились» и им «усовершились» все святые. Оно - «питатель всех святых»[8].
Послушание старцу понимается как послушание Самому Богу, действующему через старца, - поэтому послушание старцу есть «послушание истины», «благое послушание». Имеющий его исполнен всех заповедей Божиих. Послушание рождает все добродетели: смирение, терпение, великодушие, сокрушение, братолюбие, любовь. Дарует и великое дерзновение пред Богом: кто через послушание духовному отцу слушает Бога, того послушает и Бог. Имеющего послушание Бог любит. Стяжавший эту добродетель с дерзновением предстанет пред Распятого, ибо Распятый Господь послушлив был даже до смерти[9].
Послушание - это, прежде всего, дело монашеское. Для монаха оно столь важно, что не имеющий послушания монах пребывает в состоянии бедственном. А некоторые отцы говорят, что без старческого руководства вообще невозможно исполнить дело «совершенно монашеское». Не имеющий послушания и смирения не знает, что такое монах. Монах не должен даже в малейшем исполнять своей воли, но должен вполне полагаться на старцев: сколько ему ходить шагов или сколько пить капель воды в келье. Особенно же от новоначальных монахов Бог ничего так не требует, как труда послушания[10].
Человек не может постичь волю Божию, если не отречется от всех хотений своих и не будет в полном послушании у духовных родителей своих», - пишет святой Амон[11].
Послушание, как и всякий подвиг, исполнено трудов и скорбей. Путь этот тесный и скорбный. Вместе с тем послушание - наиболее удобный и беспреткновенный путь к Богу. Преподобный Антоний Великий учит: «Желающий в возможной скорости достигнуть совершенства, не должен быть ни учителем сам себе, ни следовать собственным желаниям, как бы они ни казались правильными, но, по заповеди Спасителя, отречься прежде всего от самого себя и отвергнуть свои желания»[12].
Сам Спаситель в начале Своего учения положил скорбь и тесноту. Кто избегает этого начала - тот убегает ведения о Боге. Монах, с трудом и скорбями имеющий послушание, бывает сонаследником Христа и чадом Божиим[13].

[1] Д. п. 14. 28.
[2] Св. Аммон. Послание. 5. 2, 3, 4.
[3] Св. Аммон. Увещательные главы. 14.
[4] См. Д. п. 11. 26.
[5] Св. Аммон. О радости души... 21.
[6] Д. п. 14. 14, 28.
[7] Д. п. 14. 16.
[8] Д. п. 14. 13, 28.
[9] Д. п. 14. 7-9, 11, 18.
[10] Д. п. 11. 2; 14. 8, 23.
[11] Послание 5. 5.
[12] Жизнь пустынных отцов. 31, с. 111.
[13] Д. п. 14. 25.

Литература здесь
Tags: Древний патерик
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 17 comments