ieris_m (ieris_m) wrote,
ieris_m
ieris_m

Паки из прошлого

Все-таки с высоты десятилетия оцениваешь как милость Божию те "допотопные" времена, когда живы были еще "старые люди" и можно было непосредственно воспринимать их мировоззрение, их веру и опыт жизни.  Они были поистине "не от мира сего" в окружающей их "совковой" действительности. Главное, что осталось от общения с ними - чувство подлинности, настоящести. Они жили всерьез, в отличие от их окружения, которое играло в детские игрушки, пригрывая так целые жизни.

Поистине Бог творил чудеса, сохраняя их души неповрежденными. С Анной Сергеевной познакомил меня приснопамятный о.Н. (ныне почивший). Она любила вспоминать о своем детстве, рассказывала о трагедии, постигшей их семью после революции. В частности, о генеалогии своей необычной фамилии - Моисеенко-Великая: никакого отношения к Моисею и его единоплеменникам эта фамилия не имеет, а происходит от фразы "мой сынко великий" на малороссийском диалекте. Оказывается, кто-то из предков А.С., родом из Малороссии, произнес эту фразу о своем сыне, который стал уже большим, и она была взята в качестве фамилии.

А.С. никогда не скрывала ни своего дворянского присхождения, ни веры, и Господь хранил ее все 70 лет коммунистического режима. Жизнь ее семьи, конечно, носила явственную печать трагедии. Сестры не выходили замуж, жили вместе. Думаю, втайне ожидая, "когда же весь этот кошмар кончится". А.С. работала преподавателем иностранных языков в каком-то учебном заведении - к сожалению, я была невнимательна к ее рассказам, и время много стерло из памяти. Известно, что для многих из этих "старых" людей в советской действительности было характерно некоторое юродство (которое отчасти и "спасало" - в глазах окружающих они были просто сумасшедшими или чудаками, что с них спрашивать...). И это юродство имело корни поистине христианские, можно найти примеры подобного и в житиях древних святых. Так, сестра А.С. из милосердия к страждущим  "меньшим братьям" привечала кошек, подбирала, лечила, кормила и поселяла на жительство у себя в квартире. Говорили, одно время у нее проживало больше 20 кошек. Гостить в этой квартире человеку "жестоковыйному" было немыслимо.

Когда я узнала А.С., она была уже в очень преклонных летах, около 90. Она жила одна (сестра умерла) в квартире на окраине Москвы. На улицу уже почти не выходила. Встречала гостей с неизменным радушием, которое изменяло ей разве тогда, когда было совсем уж невмоготу... В квартире ее царила характерная "вековая" неприкосновенная грязь. Помнится, единственный раз произошло некоторое напряжение в ее отношениях с о.Н., когда он дерзнул приехать с пылесосом... Здесь годами сохранялась в неприкосновенности обстановка и чьи-то вещи, оставленные на хранение, очевидно, вечное... Например - огромный концертный рояль. Непонятно было, как его удалось втащить в эту квартиру, разве по частям. Рояль стоял здесь, очевидно, специально для того, чтобы в нем удобно обитали полчища тараканов - больше ни на что он годен уже не был. Да еще подставкой для подноса с чаем, заваренным по специальному рецепту, в изящном чайнике. А.С. всегда предлагала разделитьс ней чаепитие за антикварным столом, уставленным также всевозможным антиквариатом. И всякий раз, когда я ставила поднос на рояль, полчища его обитателей в панике спасались бегством.
Когда я осторожно предположила, что рояль уже совершенно испорчен и к восстановлению непригоден, а занимает полквартиры, А.С. ответила: "Ну я же не могу его выбросить, так как он принадлежит не мне". А кому? Вероятно, хозяина, давно уже не было в живых. Жизнь смешалась со смертью, точнее, жизнь временная с жизнью вечной.

А.С. была необыкновенно чуткой к проявлениям человеческого участия. Я неожиданно невольно отметила это качество однажды, когда незаметно для нее (ибо беспорядок, как уже упоминалось, был неприкосновенен) немного расчистила кухню и, уходя, оставила ей наспех приготовленный обед из каких-то "деликатесов", принесенных с собой. Заметив его уже после моего ухода, она так трогательно за эту малость благодарила по телефону... 

Когда я просила А.С. помолиться, она отвечала, что этого, увы, не умеет, что это ей не дано. Это означало, что она не уделяла специального времени молитве. Но что такое молитва? Не больше ли ее в исповедничестве жизнью, чем в молитвенном "правиле", фарисейски отправляемом ежедневно (хотя я отнюдь не против "правила", которое дисциплинирует и задает общий настрой в обращенности к Богу)? Она слушала радио (телевизора, известно, в помине не было) и хотела дожить до начала нового столетия - из любопытства, что же будет дальше, как Господь "их" накажет. Смена столетий, очевидно, действительно означала смену эпох, смысл которой еще до конца не осознан. А А.С. пережила свой XX век ненадолго. Господь принял ее душу в одиночестве - смерть поистине иноческая, каковой и была в глубине ее жизнь.Ее отпевали в соседнем храме. О.Н.. искренне ее любивший (он же и причащал А.С. несколько раз у нее дома), участвовал в похоронах. Ему, любителю старины, досталось в наследство что-то из ее антиквариата. Мне же он передал небольшую иконку "Троеручицы".

Упокой Господи, душу рабы Твоей приснопоминаемой Анны в Твоих вечных селениях.
Tags: Анна Сергеевна
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 4 comments